Зайчики бывают но не у всех

“коржич говорил, что

June 11, 2019

“Коржич говорил, что боится умереть”. В суде по дедовщине в Печах допрашивают потерпевших солдат

Потерпевшие солдаты в суде по делу Коржича вспоминают, как он себя чувствовал в последние дни перед смертью и о чем говорил. Об этом пишет tut.by.

Слушания по громкому делу о гибели рядового Александра Коржича проходят в полупустом зале. Среди присутствующих журналисты и медики, готовые оказать помощь, если кому-то станет плохо. На первых двух рядах сидят потерпевшие солдаты, их привозят каждый день руководители. Более 20 человек заходят строем в зал, с журналистами не общаются. Только это не все потерпевшие: более 10 человек на процесс просто не приходят. Видимо, это те, кто уже отслужил в армии, и сейчас на гражданке.

Основной потерпевшей по делу признана Светлана Коржич, мама погибшего рядового. В четверг Минский областной суд несколько часов допрашивал женщину, удовлетворял все заявленные ею ходатайства, а затем перешел к допросу остальных потерпевших. Напомним, 24-летний сержант Андрей Сивухо потерпевшим себя вовсе не считает. Удары, которые ему наносил обвиняемый Евгений Барановский, были слабыми, последствий не было, обиды никакой не осталось. То, что его заставляли отжиматься в противогазе, дедовщиной не считал.

Это было не оскорбительно, наоборот, приятно, рассказывал в суде сержант Сивухо.

Сегодня в зале суда Светлана Коржич не присутствует, она сообщила, что не будет во время допроса потерпевших солдат, женщина приедет из Пинска в Минск, когда начнут выступать свидетели и обвиняемые.

Кирилл Штык был призван в армию в мае 2017 года вместе с Александром Коржичем, стали служить в Печах. В пятницу, 10 августа, в суде молодой человек рассказал, что в части были разрешены только кнопочные телефоны без камеры.

Пользоваться им можно было раз в неделю, в воскресенье. Они хранились в определенном месте и выдавались по талонам, говорит потерпевший Штык.

Парень про то, что купил право пользоваться мобильным телефоном у сержанта, не рассказывает, пока прокурор Юрий Шерснев не начинает задавать ему уточняющие вопросы, напоминая: Штык потерпевший по уголовному делу.

Ходили слухи, что у сержанта Барановского можно купить телефон, решили подойти и спросить. Лично я телефон с Барановским вопрос не решал, просто скинулись на троих по 10 рублей, все, рассказывает Кирилл Штык.

Вы свои показания во время предварительного расследования помните? спрашивает гособвинитель.

Приблизительно.

После десятка вопросов потерпевшему становится известно: дважды после отбоя взвод поднимал обвиняемый Евгений Барановский и один раз команду подняться отдавал Егор Скуратович.

В одном случае поступила команда надеть противогазы и отжаться. После отбоя прошло минут 1015. Поднялась большая часть взвода, Коржич тоже. Отжались раз 1520, все, вспоминает Кирилл Штык.

Вам отдавали приказ построиться? Можете назвать всех, кто выполнил эту команду? снова и снова задает потерпевшему вопросы прокурор.

Вы спрашиваете, а я не помню, прошло больше года, отвечает Штык.

Как вы расценивали все происходящее? уточняет гособвинитель.

Ну, быстрее бы сделать, да и спать, говорит Кирилл Штык.

Это допустимо?

Нет, но лично для меня ничего страшного не было, рассказывает потерпевший.

А как вы расцениваете действия обвиняемых? спрашивает прокурор.

Никак, если ты идешь в армию и не можешь отжаться 30 раз На меня это никак не повлияло, говорит Штык.

По его словам, продукты сержантам он не покупал, денег не передавал им в руки и не видел, чтобы кто-то из солдат покупал им сладости и сигареты. На просьбу охарактеризовать обвиняемых, которые сидят за решеткой, потерпевший не раз повторил: Ничего плохого сказать не могу.

Скуратович все время улыбался, подсказывал. Лично мне помог. У меня была боязнь быть в танке, он со мной поговорил и помогло. Барановский веселый, добрый, тоже ходил и улыбался. Лично мне помог нужно было срочно положить деньги на телефон, дает показания в суде Кирилл Штык.

Про Важневича потерпевший вспомнил историю, которая фигурирует в уголовном деле.

Он толкнул в яму Коржича и запустил туда 45 лопат. Он бросил ему под ноги, если бы хотел попасть, попал бы, вспоминает Штык.

С Александром Коржичем они не были в дружеских отношениях, по рассказу потерпевшего, рядовой Коржич что-то мог подсказать, чем-то поделиться .
Их последний разговор был 1819 сентября перед тем, как Александр попал в медроту.

Он сказал: Есть боязнь смерти. Сажусь в танк и боюсь, что умру. Никого он не называл, ни на кого не указывал. Может, это само чувство появилось, предполагает потерпевший Кирилл Штык.

Сам потерпевший Кирилл Штык не считает себя потерпевшим.

Вы ощущали моральные страдания и унижение? обратился к нему судья Олег Лапеко.

Нет, громко и четко ответил Штык.

Во время процесса было принято решение огласить показания, которые Кирилл Штык дал во время предварительного расследования. Там он подробно рассказывал про дедовщину в армию, про поборы сержантов и про самого Коржича. В какой-то момент Штык заметил, если сразу рядовой Коржич хотел вернуться домой после армии, то потом у него пропало желание выполнять хозяйственные работы, физические упражнения.

Он все время находился возле сержанта Барановского, покупал ему булочки, пироженое, кофе три в одном, рассказывал следователям Штык. Я слышал, как сержант Барановский спросил у Коржича: Есть деньги?. Он ответил, что нет. И тогда Барановский сказал: Попроси у сослуживцев, но Коржич сказал: Не буду ни у кого отдалживать.

По словам потерпевшего, сержантам нравилось, когда солдаты шли в магазин, и приносили им вафли за 1 рубль и кофе. Сегодня в суде Штык свои показания трактует иначе: он видел, что Коржич покупал Барановскому продукты, но не будет утверждать, что делал это за собственные деньги.

Вдруг Барановский давал Коржичу свою карточку? говорит в суде Кирилл Штык.

Незадолго до гибели рядовой Коржич жаловался на боли в сердце, думал, что в части ему дают не те лекарства.

Я спрашивал у него, как он себя чувствует, Коржич ответил: Такое чувство, что происходит что-то плохое. Боюсь смерти, зачитывает прокурор показания Штыка, которые он давал в Следственном комитете.

источник: tut.by


Categories: Разное

Write your comment

Every field is required, your email wont be published.

5 comments for ““коржич говорил, что”
Светлана Мойсеенко

June 11, 2019 - 4:44 pm

Вот и штык сливается! Страна рабов! Милые мальчишки, что вы делаете – ведь это позор! Позор такой армии – заставить отказаться от показаний! Равков – что вы творите???

Юлия Аленишко

June 13, 2019 - 9:44 am

Ирина, вероятно, что их либо подкупили, либо запугали

Ирина Гринкевич

June 13, 2019 - 1:44 pm

Гнилые и сцулявые сослуживцы…. Пока их ни кто не слышал и не видел кроме следаков,одни показания,а на суде уже обвиняемые ” добренькие”… Фу,противно!!! И вот с такими кому-то приходится служить плечо к плечу((( Да такое г…но первыми будут с радость лизать этот ершик….и спасибо скажут… Блин,нашли ” потерпевших”… Цензурных слов просто нет….а матом нельзя((((

Светлана Мойсеенко

June 13, 2019 - 1:44 pm

Ирина, это страшный ужас! Что сделала система с людьми? Стыдно за таких защитников, неужели всё в этом мире так плохо..

Ирина Гринкевич

July 5, 2019 - 11:44 am

Светлана, я и ты судим чисто с женской позиции. А вот в армии…не дай Бог, вот с такими в один взвод попасть…в трудную минуту фиг дождешься помощи…Такое чмо будет жаться и присмыкаться перед начальством или как там в армииКак говорится с такими в разведку лучше не ходить(((